С именем — Иван, без имени — болван

Большинство старинных имен дошло до нас только благодаря документам: князей и воевод перечисляли летописи, о простолюдинах ученым многое рассказали расписки и челобитные, а в конце XIX века филолог Николай Тупиков собрал все известные древнерусские имена в единый словарь. Портал «Культура.РФ» рассказывает, какие прозвища были популярны на Руси, почему у русских на протяжении почти 800 лет было по два имени и откуда взялись фамилии.

Двуименность на Руси

Владимир Маковский. Крестьянские дети (фрагмент). Иван.
Владимир Маковский. Крестьянские дети (фрагмент). 1890. Харьковский художественный музей, Харьков, Украина

В одном из старинных «Азбуковников» сообщалось: «Первых родов и времен человецы … даяху детям своим имена, якоже отец и мать отрочати изволят, или от взора и естества детища, или от времени, или от вещи, или от притчи…» Кожемякой звали в честь семейного ремесла, Зимой или Соботой — по времени рождения, Белянкой — из-за внешности. Беспокойного младенца могли назвать Неусыпой или Шумом. Имена Дорога и Распута указывали на то, что ребенок родился в пути. Первушей, Третьяком и Девятой называли по порядку рождения.

Популярностью пользовались «звериные» имена: Волк, Ерш, Медведь, Боров, Соловей. Наряду с Желанами, Милушами, Милованами в документах упоминались Лихачи, Гниды и Брехи. Предки предполагали, что такие неблагозвучные имена смогут защитить ребенка от нечисти: вряд ли злые духи заинтересуются каким-нибудь Ненашкой или Грязнушей.

После Крещения Руси стали давать греческие, латинские или древнееврейские по происхождению имена — в честь известных тогда святых. Но люди не понимали значения иностранных слов и потому продолжали называть детей привычными славянскими именами наряду с церковными. Практически у каждого русского было два имени — крестное и мирское: «Дьяк Алексейко, нарицаемый Владычько» (1377), «Куземка, а прозвище Богдашко, кабальный» (1598). Еще в XVI веке народ четко различал, где греческий иноземец Кузьма, а где — родной славянский Богдан.

С XV века мирские имена употреблялись скорее как прозвища: например, «князь литовский Иван, а прозвище ему Баба». А в XVII веке церковь начала бороться с двуименностью. Усопших, чье крестное имя было неизвестно, стали записывать так: «Казак Богдан, а имя ему бог весть…»

Княжеские имена

Герхард фон Кюгельген. Павел I, Мария Федоровна и их дети. Имя
Герхард фон Кюгельген. Павел I, Мария Федоровна и их дети (фрагмент). 1800. Государственный музей-заповедник «Павловск», Санкт-Петербург

Были и имена, которыми называли лишь княжеских детей — так утверждалось право младенца на престол. Древнерусская династия пользовалась именами славянскими (например, Владимир, Всеволод, Мстислав, Святополк, Ярослав) и скандинавскими (Рюрик, Рогволод, Рогнеда, Олег, Глеб, Игорь). Даже бояре, посадники, военачальники не могли так называться.

Эти родовые имена, связанные с эпохой язычества, считались основными на протяжении еще трех-четырех веков после Крещения Руси. И у князей было как минимум по два имени. Например, крестное имя князя Владимира Святославича, в правление которого христианство стало официальной религией, — Василий. Его тезку Владимира Мономаха крестили тоже Василием. Ярослав Мудрый был крещен Георгием, а Всеволод Большое Гнездо — Дмитрием.

Некоторые русские князья были канонизированы под своими языческими именами — Борис, Глеб, Игорь, Ольга. Преподобная княжна Евфросиния Полоцкая известна под монашеским именем. Изначально же она была крещена Евпраксией, а мирское ее имя — Предслава.

К XV веку княжеские языческие имена окончательно вышли из употребления. Но наследники престола стали получать два христианских имени. «Прямое» (домашнее, для узкого круга лиц) давали в честь святого, в день памяти которого ребенок родился или был крещен. Править же наследнику предстояло под династическим именем. К тому же в конце жизни было принято постригаться в монахи, при этом правителю давалось иноческое имя. Так, Василий III для ближайших родственников и своего духовника был Гавриилом, а в иночестве стал Варлаамом.

«Богатого по отчеству, убогого по прозвищу»

Илья Репин. Нищая (Девочка-рыбачка). Вёль. Прозвище
Илья Репин. Нищая (Девочка-рыбачка). Вёль (фрагмент). 1874. Иркутский областной художественный музей имени В.П. Сукачёва, Иркутск

Отчествами пользовались еще древние греки. «Люди в простоте своей склонны думать, что у желудя больше оснований гордиться отцом-дубом, чем у дуба — чваниться сыном-желудем, — писал Лев Успенский в книге «Ты и твое имя», — и возник давным-давно обычай, обращаясь к сыну, дополнять его имя именем отца, уважения ради: тебя-то, мол, мы еще не знаем, но авансом уважаем в тебе заслуги отца твоего».

В XI–XIV веках отчества могли быть у князей и некоторых высокопоставленных лиц некняжеского происхождения. Остальные обходились личным именем: «Имя ему Чернь, купец» (1074), «Иван, повар митрополита Киприана» (1391). Со второй половины XV века отчества стали употребляться и по отношению к низшему классу. Но чтобы отличать знать от простых людей, сохранялись краткая и княжеская формы отчеств. Простолюдин звался Иваном Гавриловым, то есть сыном Гаврилы. Князья и думные дьяки — высокопоставленные чиновники — имели право на «частишку» -вич: Гаврилович, Степанович и подобные.

При Екатерине II отчество с -вич надлежало приписывать к именам высших государственных сановников и генералитета — с I по V классы Табели о рангах. Чины же VI, VII и VIII классов писались с отчеством на -ов, а остальные и вовсе без отчеств.

В XIX веке отчества на -вич распространились среди всего населения России. После отмены крепостного права так стали именовать друг друга даже крестьяне. Тогда же начался стихийный процесс придумывания крестьянских фамилий.

Как появились фамилии

Карл Брюллов. Портрет детей Волконских с арапом. Князь
Карл Брюллов. Портрет детей Волконских с арапом (фрагмент). 1843. Государственная Третьяковская галерея, Москва

У самых знатных русских родов фамилии появились в XIV–XV веках. Они давались по названию земель: например, Шуйские правили городом Шуя, Вяземские — Вязьмой, Мещерские — Мещерой. С конца XVII века фамилиями стало обзаводиться и духовенство. Учащиеся духовных семинарий придумывали себе фамилии на «дворянский» манер, с окончанием на -ский: Преображенский, Рождественский, Покровский. За основу брали названия праздников, церковных приходов, библейские термины, греческие и латинские слова. Так в России появились Касторские (от латинского «бобр»), Алякринские (от латинского «бодрый»), Иорданские (по названию реки Иордан), Сперанские (от латинского «надеяться»), Пресвитеровы (от греческого «священник»).

Но чаще всего в качестве фамилии закрепляли отчества. Отсюда многочисленные Ивановы и Петровы. Ненашев, Белоусов, Годунов — память о давно забытых именах Ненаш, Белоус, Годун. В основу фамилии могло лечь прозвище, профессия, местность, из которой происходил род. Фамилия Жильцов отсылает нас в Московскую Русь, где жильцами назывался определенный разряд служилых людей. А фамилия Кметь еще древнее: кметями в Киевской Руси звали воинов.

Крепостным не полагалось иметь фамилии. Низшие сословия в западных районах страны, на Русском Севере и в Сибири в меньшей степени страдали от крепостничества, а потому фамилии у них появились значительно раньше, чем у крестьян Центральной России. Впервые государство обязало россиян иметь фамилии в 1888 году. Указ Сената гласил: «Именоваться определенной фамилией составляет не только право, но и обязанность всякого полноправного лица, и означение фамилии на некоторых документах требуется самим законом». Правда, большая часть населения все равно не имела фамилий: в деревнях одного человека отличали от другого по отчеству и прозвищу. Лишь после 1932 года, когда Центральный исполнительный комитет и Совет народных комиссаров приняли «Положение о паспортах», фамилии появились у всех граждан страны.

Автор: Екатерина Гудкова

Понравилась статья ОЦЕНИ!!!
( 1 оценка, среднее 5 из 5 )
Расскажите о ней друзьям!!!
ПОНОМАРЬ