ПОТРЕБНИК

НЕвербальные ритуалы и знаки в похоронно-поминальном обряде старообрядцев (на основе текстов из коллекции Войновского монастыря)

Аннотация: В библиотечной коллекции Войновского монастыря находятся книги, которые использовались во время похоронных церемоний и поминальных богослужений за умерших. В этих текстах зафиксированы невербальные действия, которые сопровождают молитвы и которые можно отнести к невербальным ритуалам. Автору удалось выявить ритуалы, которые повторяются в разных текстах, поэтому можно их рассматривать как характерные для похоронных церемоний. В статье описываются два вида ритуалов: прескриптивного и прохибитивного характера.

«Культура — это не только определенный склад мышления и чувствования, знание языка и свободное владение невербальными знаками, принятыми в данном обществе, но культура — это также следование определенным нормам и правилам общественного поведения, которые заставляют людей чувствовать и осознавать свою принадлежность именно в данной культуре». Знание и владение невербальными знаками и ритуалами, а также своеобразное поведение характеризуют также членов определенной конфессии, так как религия является составляющей культуры.

Как известно, в жестах и жестовых высказываниях отображаются культурные, моральные и этические ценности, и каждая конфессия образует свое «жестовое сообщество» со «своим невербальным языком». Все жесты, занимая определенное место в культуре и религии и выполняя в них определенные роли, культурологически значимы. Это официальные ритуальные жесты.

Весь религиозный дискурс имеет ритуальный характер и строится как неуклонное следование ритуальным нормам. Все поведение и действия, а также сам образ мышления верующего человека в высшей степени предопределены и спрогнозированы заранее, расписаны, как канон: человеку предписано поступать определенным образом, если он желает снискать милость Бога, быть прощенным и помилованным, желает заслужить жизнь вечную. Тексты, зафиксированные в религиозных книгах, несомненно, выполняют магическую функцию. К проявлениям магической функции Н.Б. Мечковская относит различные заговоры, клятвы, славословия, благопожелания, адресованные Всевышнему, часто содержащие специальные формулы восхваления по определенному случаю. Магическую функцию выполняют также невербальные ритуалы.

В исчезающих религиозных сообществах невербальные ритуалы не полностью сохранены или растерялись в забытьи вместе с уходом их вероисповедателей. Их реконструкция имеет особо важное значение, потому что, как говорится на сайте Русской Православной Старообрядческой Церкви, «все (…) особенности обряда не записаны в богослужебных книгах, но передаются исстари по преданию. Поэтому не имеют смысла споры об исключительной правильности или древности того или другого из них. Следует только соблюдать порядок и единообразие, соответственно обыкновению, принятому в данном месте».

И если вербальный порядок богослужения легко восстановить по существующим текстам богослужебных книг, то невербальные ритуалы и знаки приходится восстанавливать по небольшим кусочкам текста, записанного киноварью, — редким ремаркам.

К исчезающим конфессиональным сообществам принадлежат мазурские старообрядцы. На основе коллекции книг Войновского монастыря и личных библиотек можно восстановить предписываемые невербальные ритуалы, сопутствующие вербальному поведению — молитвам и пению.

Большая группа книг мазурских старообрядцев связана с похоронами, поминовением и молитвами за усопших. Тексты, имеющие отношение к похоронно-поминальному обряду, — это Понахидник, Синодики, Чин погребениям умершим миряном, младенцем, иноком и на Пасху в ней же каноны, Два канона за единоумершаго и за умерших, Канон святому мученику Уару.

Два экземпляра Понахидника из коллекции Войновского монастыря одного издания — [7, с. 336]. Понахидники, т. е. молебные пения об усопших, состоят из нескольких отдельных молебнов: начала «понахиды», Канона за единоумершаго, Канона за умерших, псалма 118, кафизмы 17.

В первом Синодике из Войнова указывается место издания книги — типография Почаевская, но, так как отсутствует дата, а «почаевские издания всегда датировались» [2, с. 59], подлинность выходных данных вызывает сомнения. В ходе исследований удалось установить предположительное место издания книги — типографию Луки Гребнева [7, с. 337].

Из частной коллекции Эугениуша Иванца, известнейшего знатока истории, культуры и письменности старообрядцев, проживающих в Польше, происходит второй синодик (далее С2), подаренный профессору Жорой, портным из Галкова, 14 августа 1971 года, а в 2018 году предоставленный исследователям Варминско-Мазурского университета в Ольштыне. О том, что синодик принадлежал монастырскому книжному собранию, свидетельствует печать на второй странице Helene Dickapolski / Kloster/ *Ескertsdorf*. Экземпляр С2 неполный, в двойной обложке.

В Войновском монастыре сохранились два экземпляра Чина погребениям умершим миряном, младенцем, иноком на Пасху в ней же каноны. В выходных данных первого экземпляра указана «типография Почаевская» (см. Синодик). Второй экземпляр издан «в художестве и трудех истинно православных христиан греко-российского исповедания соловецкаго и старопоморскаго потомства» [7, с. 339]. Структура и содержание книг одинаковые. Обе книги содержат следующие разделы: Тропари за болящаго (Канон за болящаго) (л. 18), Чин бываемый на разлучение души от тела (Каноны на исход души) (л. 8 об. -22 об.), Чин бываемый на погребение мирским человеком (Погребение миряном) (л. 23-48 об.), Служба и устав како подабает пети над умершим младенцем (Погребение младенцем)(л. 49-56 об.), Последование бываемо о умерших инокох (Погребение иноком) (л. 57-89 об.), Чин преставльшимся в который день светлыя недели (л. 90-91), Канон Пасце (л. 91 об. -103), Указ како погребати в светлую седмицу, до недели фомины (л. 103 об.-106 об.), Предисловие пред каноном за единоумершаго (л. 107-110), Канон за душу умершаго (Канон за единоумершаго) (л. 110 об. -120 об.), Канон за умерших (усопших) (л. 121-131).

Канон за единоумершаго и Канон за умерших находятся также в составе книги Два канона за единоумершаго и за умерших. В Войновском монастыре сохранились два ее экземпляра. Один из них издан в Московской типографии при Преображенском богаделенном доме в 7417 (1909) году, второй — в неизвестной типографии, называемой Почаевской (см. Синодик).

К текстам, относящимся к похоронно-поминальным, принадлежит Канон святому мученику Уару, который, согласно извещению на последней странице, читается за иноверных умерших. Книга издана «первым тиснением в граде Уральске, в старообрядческой типографии в лето 7417 (1909)».

В текстах книг указываются действия, которые должны быть совершены в строго определенном порядке и которые сопровождают вербальное, речевое высказывание. Это невербальные ритуалы, играющие существенную роль в сценарии обряда.

Для старообрядцев важным невербальным ритуалом являются поклоны. На сайте Московской Митрополии Русской Православной Старообрядческой Церкви поклоны характеризуются как знаки «почитания Господа, Божией Матери и всех святых Его». В Азбуке веры поклон характеризуется как «символическое действие, преклонение главы и тела, выражающее смирение и благоговение перед Богом».

Традиционно выделяются три типа поклонов: обычный поклон (до персей или пупа), средний поклон (в пояс) и большой поклон (в землю) — или два: земные, когда молящийся становится на колени и прикасается главой земли, и малые (поясные), когда молящийся преклоняет главу и тело. В рассматриваемых текстах отмечаем различение на поклоны: земные, в пояс и обычные, называемые в текстах просто поклонами.

Как особый вид поклона выделяется поклон до земли, который рекомендуется в Понахиднике (л. 10 об.) и в Чине погребения в разделах Канон Пасце (л. 100) и Указ како погребати в светлую седмицу (л. 105).

Только в одном тексте, в Чине погребения, рекомендуются поклоны в пояс (л. 102 об., л. 105 об., л. 105 об.).

Меньшая значимость остальных (малых) поклонов возмещается их количеством. В Понахиднике (л. 25, л. 40 об.), в разных разделах Чина погребения (л. 48 об., л. 56 об., л. 89, л. 106), а также в Двух канонах, рекомендуется петь с 15 поклонами (л. 16 об.).

Ритуальным количеством является 3. В Каноне святому мученику Уару предписываются 3 поклона (л. 3, л. 11об.).

В соответствующих моментах обряда надлежит класть единичные поклоны: в Каноне святому мученику Уару (л. 3) и в Чине погребения (л. 103, л. 105 об., л. 105 об., л. 105 об.), в Двух канонах (л. 31 об., л. 32, л. 32, л. 32, л. 32).

Иногда число поклонов в Чине погребения не указано, но форма множественного числа (поклоны) предполагает их соответствующее количество (л. 102 об.).

В Синодике (С1) количество поклонов не уточняется, но их множественность подсказывается собирательным поклонение: «и посем поклонение творим за умерших пред образом владыки нашего Исуса Христа и пречестныя его матере» (л. 19).

Особым ритуалом похоронного обряда является прощальное целование умершего. Оно рекомендуется во время погребения в разных разделах Чина погребения: «целование» (л. 41), «и абие бывает целование» (л. 81 об.), «целование от всех усопшему» (л. 90 об.), «творим прощение со умершим и целуем в уста его» (л. 102 об).

Следующим невербальным ритуалом является каждение. Согласно традиции, каждение во время молитвы совершается еще с апостольских времен. В металлическую кадильницу на раскаленные угли полагается душистая смола восточных деревьев — ладан (фимиам). При сгорании он образует благовонный (ароматный) дым. Богослужебное каждение бывает полным, когда охватывает весь храм, и малым, когда кадят алтарь, иконостас и людей [1]. Каждение умершего является характерным ритуалом похоронного обряда и упоминается в тексте Чина погребения: «настоятель покадит умершаго крестообразно» (л. 23), «диакон кадит во гробе» (л. 56 об.), «и кажение окрест» (л. 58 об.), «по уготовлении всех абие кадит иерей над мощми крестообразно» (л. 59 об.), «священник кадит по уставу» (л. 90), «и кадит святыя иконы и усопшаго» (л. 103 об.), «и кадит настоятель умершаго» (л. 104 об.). Ритуал усиливается соответствующими знаками — крестообразным движением кадила, а также включением в ритуал каждения, кроме тела усопшего, икон.

В похоронном обряде ритуальным атрибутом являются свечи (свещи). На сайте «Сороковины.ги» они сравниваются с человеческим бытием, а свет священного атрибута рассматривается как добровольная жертва Всевышнему. Восковые изделия для похорон в церкви ставятся как воспоминание о человеке, проявление теплых чувств к нему, пожелание скорейшего воскрешения и ожидание встречи на Страшном суде. Считается, что огонь освящает путь человека, помогает найти дорогу в Царство Божье. Огарки свечей использовались в ритуальных, магических действиях и клались в гроб.

Этот ритуал упоминается в Чине погребения: «и собравшимся всем братиям, и дают им свещи, и вжигают над мощ-ми свещи, четыре» (л. 59), «затем: погашают братия свещи ручныя» (л. 100). Часто ритуал зажигания и тушения свечей сопровождается другими ритуалами: «свещи в руки всей братии раздают и кадит святыя иконы и усопшаго» (л. 103 об.), «и поклон земный, а после поклона земнаго погашают братия свещи ручныя» (л. 105).

В тексте Чина погребения упоминается использование клепала: «ударяет параеклисиарх в клепало» (л. 59). Клепало было металлической доской, предназначенной для извлечения звука, ударами в которую верующие созывались к богослужению. В погребально-поминальном обряде удары по клепалу рекомендуются только в Погребении иноком.

Невербальные ритуалы предполагают определенное духовное настроение, влоть до плача. В Понахидниках рекомендуется следующее поведение участников ритуала: чтение (пение) с сокрушенным сердцем и со слезами (л. 11, л. 25 об.), аналогичное предписание находим в Чине погребения (л. 110 об.). Определенного расположения духа требует и Синодик: «чти помянник сей поряду со умилением» (С1, л. 5 об.). Умиление, согласно «Азбуке веры», это христианская добродетель, сердечное сокрушение, связанное с сожалением о грехах и смирением, и нежное, радостное, тёплое чувство благоговения перед Богом, Его святыми или святынями. Это соответствующее внутреннее состояние человека, которое является даром Божьим. Интересным является факт, что в аналогичном месте второго синодика не говорится об этом состоянии («помянник сей чти поряду», С2, л. 8).

В части Чина погребения, посвященной погребению иноков, наиболее подробно описаны погребальные невербальные действия:

— омовение: «не подобает омывати тела его, но низрети его ниже видетися отнюдь нагу, <_> губою отирает моча с теплою водою» (л. 57),

— ритуальные знаки: «Потом снемлют с него сквернавыя ризы на ноги и чистыя возлагают со главы, никакоже сего наготы видевше (л. 57), потом обрезавше краеве мантии и вземше концы свивают о нем. Потом окройми обоюду увивают ю, яко сотворити три кресты от персей (л. 57 об.) до колену, оставшим же обвивают нозе его» (л. 58),

— одевания: «возложат ему куколь (Куоколь (лат. капюшон) — верхнее облачение монаха великой схимы в виде остроконечного капюшона с двумя длинными, закрывающими спину и грудь полосами материи; черного цвета, с изображением на нем крестов, серафимов и текста трисвятого. Одевается поверх мантии. В чинопоследовании пострига называется куколем беззлобия, шлемом спасительного упования.) , аще в велице образе был есть, свыше главу покрывающе даже до брады, якоже не видетися лицу его» (л. 57 об.), «полагают ему и аналав ( Аналав (греч. «воспринимать», «возлагать») — принадлежность облачения монаха великой схимы — то же, что параман монаха малой схимы. Аналав представляет собой четырехугольный плат со шнурами, пришитыми по углам, объемлет плечи монаха, украшен крестами. Аналав известен с IV века и первоначально имел практическое значение — он стягивал одежду монаха, чтобы та не мешала во время работы. В древности аналав представлял собой предмет, сплетенный из веревки и из кожаных шнуров — с этим связаны и древнерусские наименования аналава: «плетцы» или «плети».) по чину его, иже суть плети» (л. 57 об.), «потом поясают и поясом и возлагают на ноги калиги ( Так назывались подвязные сандалии, в которые обувались западные странники, отправлявшиеся в Иерусалим. В этом (…) значении слово калиги было известно в Древней Руси, и от него произошло словосочетание «кальки перехожие».)  новы» (л. 57 об.), «потом простирается мантия (Мантия — длинная до пят одежда в виде плаща, без рукавов. Застегивается в двух местах — у ворота (монашеская) и у подола (архимандритская, архиерейская), надевается поверх подрясника или рясы.) его право в длину, и полагаются сверху мощи его на рогозинице (Рогозиница церк. рогожа, ткань, плетенье из мочал, рогозы, для подстилки (Даль).). Потом обрезавше краеве мантии и вземше концы свивают о нем. Потом окройми обоюду увивают ю, яко сотворити три кресты от персей (л. 57 об.) до колену, остав-шим же обвивают нозе его» (л. 58),

— каждение: «и кажение окрест, дондеже положат во гробницу» (л. 58 об.),

— целование: «и абие бывает целование» (л. 81 об.).

В случае кончины инока в Светлую седьмицу (первые семь дней празднования Святой Пасхи — от собственно Пасхи до Недели Фоминой) предписывается не встречающийся в других случаях обряд омовения водой, маслом и вином: «преливается усопший водою и маслом и вином» (л. 90 об.).

Погребение иноков сопровождается наиболее сложным невербальным ритуалом.

В большинстве случаев предписания, касающиеся совершения похоронного обряда, имеют прескриптивный характер, т. е. даются распоряжения о том, как правильно вести себя и какие действия совершать. На основе анализа текстов, в которых верующим предписываются определенные вербальные и невербальные образцы поведения, удалось выявить такие ритуалы, которые повторяются в разных текстах, поэтому мы

можем считать их характерными для похоронно-поминального обряда (см. Таблица 1).

Типичным невербальным похоронно-поминальным ритуалом являются поклоны. Этот ритуал отсутствует в текстах допохоронных обрядов: Каноне за болящаго и в Каноне на разлучение души от тела. Поклоны не предписаны в Чине преставльшимся в который день светлыя недели, что объясняется спецификой служб того периода: «ничтоже над ним поется усопшее» (л. 90). Поклонение в похоронном обряде может совершаться как единичный акт (поклон, поклон до земли), чаще — как серия поклонов по пятнадцать каждая.

Для похоронного обряда характерно прощание с умершим, т. е. целование. Похоронам сопутствует каждение и омовение. В трех случаях упоминаются ритуалы с зажиганием и гашением свечей.

Во многих текстах определяется рекомендуемое душевное настроение читающих или поющих — сокрушенное сердце, слезы.

Таблица 1. Ритуалы похоронно-поминального обряда
Таблица 1

Некоторые похоронные действия имеют прохибитивный характер, т. е. в похоронно-поминальных текстах строго запрещаются нежелаемые действия. С запретом встречаемся во время похорон инока. Строго запрещается показывать нагое тело инока. Отсюда подробное указание способа омовения и переодевания в погребальные одежды.

Итак, на основе текстов из коллекции Войновского монастыря удалось реконструировать часть ритуалов похоронно-поминального обряда и выявить его общие характерные черты.

Иоанна Ожеховска

ПОНОМАРЬ

ПОНОМАРЬ | Яндекс Дзен

Понравилась статья ОЦЕНИ!!!
( 1 оценка, среднее 5 из 5 )
Расскажите о ней друзьям!!!
ПОНОМАРЬ