иночества Святоотеческое

К возрождению старообрядческого иночества

В 2004 году митрополит Андриан благословил инока-иконописца о. Авива Туинова подготовить служебную записку о возможном проекте современного устава старообрядческого монастыря. Известно, что митр. Андриан стремился к возрождению иночества и старался, как только мог, поддержать иноческое подвижничество в Русской Православной Старообрядческой Церкви.

Инок Авив составил примерный Устав старообрядческого монастыря на основе немалых археографических познаний и собственного опыта жизни в новообрядческих и старообрядческих (часовенных) монастырях. Долгие годы этот интереснейший документ считался безвозвратно утраченым. И только теперь, «Современное древлеправославие» представляет труд о. Авива широкой общественности.

Единственным старообрядческим согласием в котором иночество продолжает оставаться действительно живой и многочисленной традицией является часовенное согласие. По некоторым данным количество часовенных иноков и инокинь достигает 3 000 человек.

 

Устав жительства старообрядческой киновии

Записка

Прежде всего, и старшим и младшим подчиняться общим для всех монастырским правилам.

Поступающие в монастырь должны отказываться от личного имущества: квартир, домов, машин, пенсий, соц. льгот и проч. Связей с родственниками по плоти избегать и в гости к ним не отпрашиваться и не ездить. Все личные вещи при поступлении в обитель должны быть представлены игумену, и что он благословляет, можно оставить, остальные же вещи должны быть сданы в рухлядную. К собственности могут быть отнесены только иконы и книги.

Поступивший в монастырь более не подчиняется своему духовному отцу, а только игумену и только старцу, которого он пожелает избрать себе в духовники. При нынешней скудости, можно на первых порах исповедаться у прежнего духовника, но никакие его благословления в монастыре не действительны.

Если только с разрешения игумена. Во внутреннюю жизнь обители не имеет право вмешиваться белое духовенство, миряне и не принадлежащие братству иноки. Это может делать только митрополит или епархиальный архиерей, но и то без участия посторонних.

Архиерей не может так же менять что – либо в обычаях и уставе монастыря без согласия братства. Все приходящие в обитель гости, включая митрополита, подчиняются общим, для всех монастырским правилам.

Желательный для киновии распорядок дня

У иноков правило «тысячное»: 3 лестовки поклонами, по уставу дня, 6 лестовок молитв Исусовых, 50 поясных поклонов Богородице, и 50 поклонов Ангелу. Так же вычитывается начало и конец правилу. Прочим, по благословению, либо среднее правило: 2; 4; 50 + 50, либо малое: 1; 3; 50+50.

Каноны с акафистом читаются дополнительно к правилу в воскресенье и праздничные дни. В личное время каждый, благословившись у игумена, может заниматься каким ему угодно поделием. Может читать, может идти на рыбалку или составлять экибану. Празднословие, после прощения строго запрещается. Виновные должны быть подвержены епитимье.

Управление

Верховную, но не безусловную сласть занимает игумен. Прежде всего, он сам подчиняется монастырским правилам общим, для всех, а так же, все важные решения принимает с общего совета соборных старцев. Прежде всего, игумен (что в переводе с греческого – идущий в впереди) – это образец для подражания братии в смирении, воздержании и рассудительности. Административная же и хозяйственная деятельность, желательно что бы сосредоточена в руках эконома.

Келарь должен заведовать всей продуктовой частью, но подчиняется он эконому. Игумен же, желательно что бы был упразднен от этих попечений, но на всем ставит печать своего благословения. Таким образом, можно избежать искушения злоупотреблять властью.

Предпринимать какие то особенные действия как то: поездки, перестройки, крупные закупки чего – либо и пр. игумен должен посоветовавшись со старцами. Без совета никто ничего не предпринимает. Если братия, против какой – либо задумки игумена, игумена, игумену нужно склонить свою волю, ради любви и мира.

На все и всеми берется благословение, включая игумена. Без благословения ничего не делается, ибо без благословения все проклято по слову св. Феодора Студийского. Что же касается слов: «без сомнения, меньший благословляется большим», то здесь таковое рассуждение: Старший просит печать благословения (за не имением более старшего) у младшего себя на принятое им самим или собором решение, но младший не может сказать старшему: Бог благословит пойти туда – то и сделать то – то, а старший может.

Но старший не должен это делать властительски, но с любовию, по отечески сказав: не оставь Христа ради, пойди и сделай, а по окончании сделанного поблагодарить: Бог спасет. В прочем, подробно о сем можно прочитать у Аввы Дорофея в главе 17 «К наставникам»

Никто из старших да не оправдает своей суровости или резкости некоторыми повествованиями из житий св. отец, ибо исключение правилом не является, и к тому же быть высокомерными и жестким много мудрости иметь не надо. Таким образом, соблюдается послушание «всей яже о Христе братии» и любовь. Подробности на что и как берется благословение нужно составлять отдельным порядком.

Питание

Все питаются за общим столом.

В кельях держать посуду, снеди и питие категорически запрещается. Исключение только тяжело больным. Вне трапезы не есть. Пить только с благословения. Служить в келарскую назначаются отун и братия по очереди. Если кто был задействован на тяжелых физических работах, тем может быть предоставлено дополнительное питание по рассуждению старших. Трапеза в киновиях не должна быть скудной, каждый воздерживается в меру своих сил. Как вести себя за трапезой – тоже нужно говорить отдельным порядком.

Послушание

Послушание назначается старшими. Никто не волен избирать послушание по своему желанию. Послушание может быть как относительно постоянным, так и часть меняющимся. Если кто выполнил порученное ему, должен спросить у старшего (игумена, эконома, келаря), что делать дальше, но не поступать по своему усмотрению. Если послушание не под силу – можно заявить об этом игумену, и поступать далее, как он скажет.

Если умереть на послушании, значит умереть. Но игумену не возлагать бремен неудобоносимых и послушание желательно давать в соответствии со способностями и устроением человека. Но общие послушания выполняют все, включая игумена. Как то: посадка и уборка картошки (например), ее чистка на кухне, стройка, уборка территории и проч. В «Оглашении» Феодора Студита о сем можно читать подробнее. Игумен избирает занятие себе сам, и благословясь, делает. Эконом, келарь и благочинный тоже имеют относительную свободу действий в своей области. Раздает послушание братии обычно эконом.

Время от времени, по вопросам ведения монастырского хозяйства собираются советы. Каждый, включая последнего брата, волен предложить свое решение какого – либо вопроса, или предложить какое – либо предприятие. Это может быть вынесено на суд старших. Любое вынесенное решение должно быть принято как воля Божия. Апеллировать к архиерею можно только в случае явного нарушения монастырского устава или заповедей св. Отцев.

Старшим опять таки нужно помнить, что главное сохранить любовь, а не авторитет своей власти, который, если постоянно на нем утверждаться, авторитетом уже не будет, а будет лишь шаткой временной властью – мертвым механизмом без души.

Наказания

Епитимьи даются за нарушение, прежде всего, монастырской дисциплины как то: сознательное сопротивление старшим и непослушание, за ропот, за свары братьев между собой, за порчу монастырского имущества, за самовластие, за небрежение, за непотребные шутки и смех, за празднословие после прощения или в келарской за работой и пр. Может игумен наложить наказание как испытание, особенно для тех, кто готовится к постригу.

Наказанием может быть как до недели сухоядение, так и поклонами в трапезной во время обеда братии и с прошением у каждого прощения, благословения и молитв, начиная с игумена, и кончая последним братом. Наказанию могут подвергнуться все. Игумена может наказать только архиерей. Как форма наказание может быть и заключение под замок в случае неадекватного поведения по причине умоисступления.

Такое, увы, случается в монастырях с теми, кто берет на себя самочинные подвиги. Можно таких сдать на руки родственникам. Но сдавать подобных в психиатрические лечебницы – дело далеко не христианское, поскольку таблетками, уколами и безбожными врачами душа не лечится. Крайняя форма наказания – изгнание из обители. Причиной для этого может служить: сознательная клевета, упорство в неповиновении, вражда без примирения, а так же за мужеложство.

О посетителях и гостях

Монастырю желательно иметь отдельную гостиницу. Принимать гостей должен либо благочинный, либо эконом. Игумену это не совсем к лицу. Игумен, в идеале вообще должен быть неким трансцендентным символом. После того как гости разместятся, они идут благословляться у игумена. Благочинный или эконом берут на себя все о гостях попечение: питание, отдых, и проч. Но сами с гостями вне монастырской трапезы не едят и не пьют. Игумен так же. Если гости верные христиане (мужчины), то питаются вместе с братией, некрещеные же и не верные питаются за отдельным столом.

Но все делается с любовью и без какого – то ни было уничижения, но напротив, все лучшее ставится гостям. Женщин кормить, либо в другом помещении, либо в другое время. Так же, женщины не могут свободно передвигаться по монастырю без сопровождающего и входить для молитвы в собор братии, даже в великие праздники. Свидание с гостями прочей братии, не зависимо от того, родственники эти гости, друзья, или VIPперсоны, только с благословения игумена. Так же, принимать у себя в келии только б благословения. Женщин может принимать у себя в келии игумен, и никто более.

Самим же ездить в гости братии строго возбраняется. Все подарки от гостей принимаются только через эконома. Денежные пожертвования может принимать как игумен, так и эконом. Келарь и благочинный денег не касаются. Деньги вообще категорически запрещается держать у себя кроме игумена и эконома. Гостям разрешается прибывать не более 3 – х дней. Далее, кто желает остаться, должен трудиться вместе с братией на послушаниях и подчиняться общей монастырской дисциплине. Женщины более трех дней не остаются.

О поступлении в обитель

Кто желает поступить в монастырское братство, должен прежде объявить о сем игумену, а за тем с его благословения, в соборе кланяется всей братии земно и просит остаться погостить. Именно погостить, ибо в монастыре все гостят, все гости, а жительство наше на небесах. Игумен такой же гость, и в хороших монастырях старший всегда скажет: кто я такой? Меня самого скоро выгонят. Это есть истинное странничество.

А кто чувствует себя хозяином и себе вменяет заслуги по устройству обители и кичится своим положением, тот на зыбком песке свою храмину утверждает и будет посрамлен, пусть даже в действительности все его потом и кровью сделано. В киновии все Божие и все принадлежит всему братству. Игумен может подойти к эконому и сказать: отец, снимай рясу и отдай ее такому то брату. И тот должен, ни секунды не сомневаясь рясу снять и отдать.

Поэтому каждый должен относиться к монастырским вещам трепетно, как от Бога данным во временное пользование. Эконом отвечает за монастырское хозяйство перед игуменом. Келарь за продукты и посуду. Если что по их небрежению испорчено или погибло, они несут ответственность.

Выезды из монастыря

Обычно осуществляет эконом. Игумену крайне желательно пребывать безысходно. Оправданы поездки на соборы и к архиерею. Закупки осуществляет эконом. Или (если касается продуктов) – эконом, вместе с келарем.

Богослужение

Пение и чтение должно быть негромким и неспешным, без вычурностей. Предпочтительнее больше читать, чем петь. Головщику быть без указки в руках – это вообще лишняя и даже более того, вредная деталь на клиросе. Надо помнить, что Богослужение в мирском понимании как нечто высокоторжественное, мистериальное и праздничное не главное в монастыре. В принципе, что может даже сводиться к чтению Псалтыри без всякого пения на гласы и прочих украшательств, ибо сама жизнь иноков, весь монастырский уклад и есть непрекращающаяся и высшая богослужения.

Заключение

Все сие вкратце изложено как должно быть в православном старообрядческом монастыре (киновии). За основу брались как древние иноческие уставы, так и нынешняя жизнь старообрядческих часовенных киновий Сибири, неоспоримое достоинство которых – живая непрерывная традиция крупных общежительных монастырей. Эта традиция восходит через Керженец и Ветку к Соловецкому монастырю.

Отчасти, можно сказать, что в составлении этой записки, учитывался опыт почти 3-х летней жизни в никонианском монастыре. Так что, всевозможные формы искажение иноческого общежития, их причины и последствия доводилось наблюдать воочию. Опыт учитывался как негативный, от обратного.

В устройстве киновии множество тончайших нюансов, несоблюдение которых неизбежно приведет к краху любого начинания, но возрождению общежительного устава.

Не говорю иночества вообще, ибо оно может быть в формах пустынножительства или безмолвия. Двух-трех единодушных братьев по Лествичнику. Принятие же, как некоторые «румынского» варианта, простите за тавтологию, вообще не вариант, ибо это попросту вульгарный никонианский вариант большого прихода с черным духовенством и некоторыми приблизительными элементами общежительного устава в довольно свободной трактовке.

Но совершенно очевидно и то, что мы не имеем должного потенциала и, прежде всего, идеологического и кадрового, простите теперь уже за канцелярщину, А кадры, как известно, решают все. Помните, как у Высоцкого:

«Но мы не сделали скандала –
Нам вождя не доставало,
Настоящих буйных мало,
Вот и нету вожаков…»

Простите Христа ради.
Инок Авив, сие накропал.

ПОНОМАРЬ

Понравилась статья ОЦЕНИ!!!
( 1 оценка, среднее 5 из 5 )
Расскажите о ней друзьям!!!
ПОНОМАРЬ